Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: онтологические замечательности (список заголовков)
22:51 

Девочка и ее китайский папа поют добрые песни

To the Lighthouse


Кому интересно - можете обращаться, выдам.
А у кого хороший интернет - качайте, не пожалеейте.
ifolder.ru/19076556

@темы: онтологические замечательности

18:51 

Желтый рынок

To the Lighthouse


За даляньским вокзалом есть самый большой рынок, на котором я пока бывал. На нем можно купить все: от кровати до мраморного будды. Он поражает не только размахом (устаешь в середине первого торгового ряда, коих по десятку на каждом из шести этажей), но еще и колоритом: продавцы кричат, завлекают, ссорятся друг с другом. Завидев "заморских чертей", хозяева лавочек задирают цены до заоблачных высот. Умеешь торговаться - покупай, не умеешь - уходи. Хотя уйти трудно, когда смуглый китаец, хитровато щурясь, щиплет тебя за живот и прокуренным голосом приговаривает, что ремень "кожаный, кожаный, мальсика, покупай".
Первый наш поход на Желтый рынок был скорее разведывательным, поэтому мы ушли оттуда только с портсигаром. Поразила сцена на выходе: старичок с тележкой скупал у всех картон, взвешивая его на безмене, конструкция которого, наверное, остается неизменной уже пару тысяч лет.
Далянь - рай для шопоголика. Здесь можно спустить любую сумму денег в рекордные сроки. К счастью, мы избавлены от пристрастия к ковбойским шляпам, сладкой вате и фаянсовым котятам. Так что пока обошлись словарем чэнъюев и тремя классическими романами, которые нам продали в подворотне за полцены. Изданы (точно) и украдены (по-видимому) они были во Внутренней Монголии. Грызись гранит, большой и маленький)

@музыка: "...и засыпаем в метро"

@темы: чучух-чучух, что я видел, онтологические замечательности

13:40 

Они живут в бабушкином смородиновом кусте

To the Lighthouse
13:06 

И пусть Станислав не говорит, что Турция - Европа

To the Lighthouse
"... только дипломатия Османской империи не признавала разделов Речи Посполитой: еще несколько десятилетий во время дипломатических приемов у турецкого султана шеф придворного протокола демонстративно объявлял о временном отсутствии посла Речи Посполитой. В любую пору года он говорил: «Посол задерживается из-за снегопада»...."
Л.В. Лойко "Основы Дипломатии"

@музыка: Susan Boyle

@темы: онтологические замечательности

12:48 

Соседние разговоры

To the Lighthouse
Переговорный пункт в моем родном городе - заколдованное место. Я бываю здесь редко, но каждый раз на примерах убеждаюсь, что Кира Муратова - реалист, а количество абсурда в ее фильмах прямо пропорционально абсурду жизненному, бытовому.
Вот, например, старик лет семидесяти стоит сейчас в переговорной кабинке и кричит в телефонную трубку: "Мама, ты слышишь меня? Мама, ты обещала выслать денег! Алё! Не высылай на Володю, а? Не высылай! Он умер, а я живой! Вышли мне, пожалуйста! Я не пропью, нет! Я обещаю тебе! Мама, я приеду к тебе в Кисловодск! Имею на это право? Я получу деньги, и приеду! В будущем году не поеду, могу умереть уже, сейчас приеду. Вы встречайте, буду в коричневом пальто, я хорошо одеваюсь. На перрон приходите. А её я убью просто, задушу. Знаю, знаю! И что, что она судья? Я шучу так. Мама, я приеду. Пока, мама. Алё? Мне врач сказал, мама, что много кушать нельзя, но если хочется, то можно. Так что кушай! Целую мама! Я приеду! Я решил так - и сделаю!" Тут, видимо деньги на разговор закончились, и он уже притихшим голосом закончил: "Я ведь казак..."
А неделю назад одна женщина звонила куда-то на дальний Восток: "Смотрите телевизор, я вам говорю! Тут передают, что от Японии идет цунами большое к вам! Я пью капли! Всю ночь богу молилась! Так что осторожненько там! Дети, всю ночь богу молилась!"
Буду продолжать сюда наведываться.

@музыка: Снайперы - Бонни и Клайд

@темы: онтологические замечательности, утро туманное, чучух-чучух

21:12 

Диалог с учительницей по литературе

To the Lighthouse
- Что читаешь?
- Да вот, у меня сейчас в планах весь Набоков русского периода.
- Он, конечно, парень был что надо. Семнадцать лет в пятизвездочном отеле прожил…
- Да, в Монтре.
- Мы когда туда приехали, долго памятник рассматривали: очень уж забавное выражение лица у него там. Поймали за рукав экскурсовода, спрашиваем: «Отчего это иностранцы нашего Набокова так странно изобразили?», а она, потупясь: «Понимаете, он ведь должен быть в пенсне, но русские туристы всегда его на память отламывают и с собой увозят»…

@темы: онтологические замечательности

13:34 

Александр Генис пишет:

To the Lighthouse
Ближе всех в Японии я сошелся с переводчиком Сагияки-сан, который просил называть его Семой. (…) Он пригласил меня в свой любимый ресторан „Волга“, где мы ножом и вилкой ели борщ и искали общий язык.
– Вы не знаете, – льстиво завязывал я беседу, – как пройти на Фудзияму?
– Понятия не имею.
– А сумо? Вы любите сумо, как я?
– Ненавижу.
– Может быть, театр? Что вам дороже – Но или Кабуки?
– Ансамбль Моисеева.
– Тогда – природа: сакура, бонзай, икебана?
Сагияки-сан выпил саке, закусил гречкой и ласково спросил:
– Часто водите хоровод? Давно перечитывали «Задонщину»? Играете в городки? Сын ваш – Еруслан? Жена – Прасковья? Сами вы – пскопской?
– Рязанский, – сказал я, приосанясь, но добавить к этому было нечего, и мы перешли на водку.

@темы: онтологические замечательности, чучух-чучух

15:04 

Leisure

To the Lighthouse


Ближайшее подобие зарождения разума (и в человеческом роде и в особи) мне кажется можно найти в том дивном толчке, когда, глядя на путаницу сучков и листьев, вдруг понимаешь, что дотоле принимаемое тобой за часть этой ряби есть на самом деле птица или насекомое. Для того, чтобы объяснить начальное цветение человеческого рассудка, мне кажется, следует предположить паузу в эволюции природы, животворную минуту лени и неги. Борьба за существование – какой вздор! Проклятие труда и битв ведет человека обратно к кабану. Мы с тобой часто со смехом отмечали маньякальный блеск в глазу у хозяйственной дамы, когда в пищевых и распределительных замыслах она этим стеклянистым взглядом блуждает по моргу мясной. Пролетарии, разъединяйтесь! Старые книги ошибаются, Мир был создан в день отдыха.

В. Набоков "Другие берега"

@темы: solo, во мне, онтологические замечательности

00:33 

Я поздравляю себя. И вас также.

To the Lighthouse
Антон: Я дебил.
Диана: Все нормально?
Антон: Да.
Диана: Точно дебил?
Антон: Точно дебил.

@темы: онтологические замечательности

14:00 

Вести с полей

To the Lighthouse
Мама нашла в колбасе чей-то зуб и очень испугалась. Папа сказал, что напрасно, потому как зуб доказывает наличие мяса в продукте. Пару дней назад у метро видел шкафоподобного милиционера, улыбающегося шоколадке “Alpen Gold”, а возле ратуши гордую даму в шляпе с кефирными усами в пол-лица (она грозно на всех поглядывала, не понимая, чего это все на нее смотрят). Приветствую Натурщицу Дали, хотя искренне не понимаю, что она тут забыла. Кстати, он не с вас часом писал мою любимую картину «Шесть призраков Ленина на рояле»? В плане следующей живописи следует ожидать заметки из сельской жизни и жизни городской (там вне головы – Город, а в голове – Другой Город). Интернет – дефицит, поэтому приходится в него выползать, что лениво.

P.S. - Мужчина, купите щеночка!
- Так он же дохлый.
- А я уступлю!

P.P.S. - Бьорк случайно не еврейка?
- Нет, она же исландка…
- Ну вот и я думаю…
- А как евреи доплыли бы до Исландии?
- Искренний хрен его знает) (Из смс-переписки)

@темы: бортовой журнал, друг, онтологические замечательности

19:14 

Птицы и рыбы

To the Lighthouse


Будь моя воля, я бы обязательным пунктом выделял одно занятие по литературе в школе на обсуждение проблемы уток и рыб в романе Сэлинджера «Над пропастью во ржи». А то все думают, что это так, взбрык буддистского сознания американского писателя. Насколько я помню, когда в девятом классе мы читали роман по программе (я к тому времени уже перечитывал), одноклассницам с тонкой нервной организацией книжка не понравилась. Особенно одну особу возмутило отношение Колфилда к Салли Хейс. До сих пор помню нашу ожесточенную перестрелку: «Она же девушка!!!» - «И что?» - «Как же он так с ней?» - «Как – так?» - «Грубо! Невоспитанно!» - «Но она ведь дура.» - «Нет, она девушка!!!» - «Одно другому не мешает». Дальше оба переходили на вопль. Вообще на том уроке я говорил минут тридцать без остановки, что со мной редко бывает, отчего речь была слегка путаной. Тем не менее, меня терпеливо выслушали и одноклассники, и Лариса Сергеевна. Помню, особенно «отдельно» высказался по поводу «похабщины» (перевод Риты Ковалевой), а утки с рыбами тогда как-то в голову не пришли. Сейчас же я думаю, что эти два образа – квинтэссенция духовных исканий героя. Ближе к середине романа есть сцена, гда Холден спрашивает у таксиста, где утки из Центрального Парка зимуют (перевод мой):

- Так вот, знаешь, там утки плавают? Ну, весной? Может, ты вдруг знаешь, куда они пропадают зимой?
- Пропадает кто?
- Утки. Знаешь, а? Я к чему это: может, приезжает фургон какой и их увозят или они сами улетают – на юг или куда?
Старина Горвиц развернулся и посмотрел на меня. Он был очень вспыльчивым. Хотя плохим не был.
- И откуда я это к черту знаю?
- Только не психуй, - сказал я. Чего-то он запсиховал.
- А кто здесь психует? Никто не психует.
Больше я у него ничего не спрашивал, раз его уж так задело. Но он сам снова начал. Опять развернулся и сказал:
- Рыбы-то никуда не идут. Так и сидят там. Прямо в чертовом озере.
- Рыбы – это не то. Рыбы не то. Я про уток, - сказал я.
- С чего это не то? Как есть, то, - сказал Горвиц. Что бы он ни говорил, выходило, как будто бы он на что-то сердился.
- Рыбам же тяжелее, зимой-то, чем уткам, ну! Господи, мозгами подумай!
Я помолчал с минуту. Потом сказал:
- Ладно. А что они делают, рыбы эти, когда озерцо до дна промерзнет, а сверху люди на коньках, а?
Старина Горвиц снова развернулся.
- Как это, что они делают? – заорал он мне. – Где были, там и сидят, мать твою.
- А то, что все замерзло, им все равно. Не может им быть все равно.
- Да кому все равно? Никому не все равно! – сказал Горвиц. Он так распсиховался, что мне стало страшно: вдруг мы въедем в столб или еще что.
- Они так и живут во льду. Они так устроены, мать твою. Их замораживает, и они так и сидят всю зиму.
- Да? А чем они тогда питаются? Ну, если их заморозило и прижало, они же не могут плавать и искать еду, так?
- Их тело, черт подери. Что у тебя с мозгами? Их тело питается водорослями и херотенью, которая во льду. У них же поры постоянно открыты. Они так устроены, мать твою. Дошло? – он снова развернулся, чтоб на меня посмотрерть.


По-моему, все ясно как день. Рыбы – обычные люди, которым приходится, если что, замерзать вместе с речкой, застывать в глыбах льда и ждать, пока придет весна. Такие люди-рыбы - часть ландшафта, никак не перечащая привычному ходу вещей сущность, однако их трудно за что-либо судить: кто сказал, что рыбы хуже птиц? Тем не менее, совсем другое дело – утки. Они сами себе хозяева, их не скрывают толщи воды, им открыты все горизонты. Надоест пруд – лети к реке, все в твоих руках. Но вот проблема: Холден так и не узнал, как утки покидают заводь. Может и правда не по своей воле? И тогда получается, что и над утками есть кто-то, кто неизменно с приходом холодов приезжает на грузовичке и забирает их? В этом главная проблема романа, которая разрешима каждым по-своему. По законам физики ведь и рыбы и птицы делают одно и то же – плавают. Только одни в жидкой среде, а другие в газообразной. Или все же последуем за эволюцией, которая вынудила часть рыб выйти на сушу, обрасти перьями и усилием крыльев и воли полететь?
Но даже если вы решите покинуть надоевший вам пруд, вывернуть жабры наизнанку, превратив их в легкие, отрастить крылья и полететь куда глаза глядят, то не факт, что вы станете счастливыми. Вновь передаю микрофон Сэлинджеру (я перевожу):

В том-то и беда. Уже не найдешь на свете места, где было бы хорошо и спокойно, потому что нет его. Можно, конечно, думать, что оно есть, но если вдруг ты туда попадешь, кто-нибудь, как пить дать, прокрадется, пока ты не смотришь, и напишет у тебя под носом: «Хуй». Проверьте, если хотите. Я думаю: вот умру я когда-нибудь, и снесут меня на кладбище, и будет у меня типа памятник с надписью «Холден Колфилд» и, там, когда-родился - когда-помер, а потом, прямо под этим, будет написано: «Хуй». Чего там, я не шучу.

Проблема рыб и птиц глобальна и вечна. Кстати говоря, к ней не раз обращались древние и ныне живущие. Я вас на этом покидаю, а особо не задолбанные моей тирадой могут посмотреть сюда.

читать дальше

@темы: кофе ночером, онтологические замечательности

16:13 

Я ехала в "Детгиз", я думала - аванс...

To the Lighthouse
Книга болгарского писателя Йордана Радичкова «Ние, врабчетата» издавалась в Москве трижды: в 1983, 1985 и 1988 годах. Естественно (куда же без этого), в разных переводах. Поскольку имена титанов древней советской балканистики Интернет утаивает, обойдемся без них.
Итак, переводчик №1 не долго думая (и правильно) перевел название как «Мы, воробышки». Советские дети получили милую книжку про серых городских птичек, которых увековечивали в литературе исключительно детские писатели (все мы знаем: взрослые под ноги редко смотрят, так как это святой долг и прерогатива ковыляющего на неокрепших и пухленьких).
Но тиража, видимо, не хватило: он целиком исчез в ненасытной пасти простого советского ребенка. Издательство стало пухнуть от гневных писем родителей, жалоб («Вы там что, все с ума посходили?!..») и наскальной детской живописи, требующей продолжения. Но вот беда, набранные два года назад свинцовые матрицы с текстом поела типографская моль. Пришлось вызывать чрезвычайно занятого человека – другую переводчицу с болгарского, у которой, между прочим двое детей. Переводчица выпила кофе и на утро явила миру чудо – новый, исправленный и дополненный, перевод. Ура, товарищи. Но бедной женщине (да простит меня Геродот, если это был мужчина) захотелось остаться в истории литературной мысли, для чего она изменила в названии букву «Ы» на букву «У». Не знаю, как вам, а для меня воробышки из-за этого превратились из самостоятельного субъекта в материал. «Мы, воробушки» - декларация прав продуктов продовольствия. Дорогая, тебе на хлебушек воробушка намазать?
Шло время, кормимая западом болгарская оппозиция крепла и ширилась. Недовольство КПСС и советского народа росло. Надо было что-то думать, а то шестнадцатая республика возьмет и отвалится ко всем чертям со всеми своими Варнами, Бедросами Киркоровыми и мебельными гарнитурами как у людей. Третий перевод книги Радичкова стал четко спланированной диверсией. Название «Мы, воробьишки» внушало глубинное отвращение сознательной общественности к Болгарии в целом и к ее литературе в частности. Попранная советским сапожищем, Болгария опомнится и устремится назад, в лоно партии. Ан нет! Глава компартии Болгарии Тодор Живков был смещен, воробьишки не отстояли.
Так теперь и пылятся, наверное, на полке где-нибудь в центральной детской библиотеке им. Крупской (№14а) три перевода одной книжки про серых птичек. Ну что ж, «ликуваме ние в гнездото, че сме излезли най-после на свобода…»

@темы: онтологические замечательности, тихий ужас

14:56 

Ночь музеев

To the Lighthouse
22:41 

Татьяна Толстая в ЖЖ предлагает список средств от ячменя на глазу

To the Lighthouse
Пижма, календула, алоэ, лавровый лист, трава льнянки (кто ее видел?), чеснок, листья сирени.
Ципромед, левомицетин, сульфаниламиды, анабиотики.
УВЧ.
Хирургия.
Пивные дрожжи.
Вареное яйцо (приложить к глазу теплое яйцо, после процедуры яйцо непременно выкинуть! если пожадничаете и съедите - не пройдет! )
Приложить запеченную луковицу.
Крепкий настой (?!) поваренной соли.
Мед.
Приложить кусок теста.
Борная кислота.
Зеленка.
Йод.
Печеная картошка.
Почки березы.
Закрутить восьмеркой шелковую нитку и обматывать пальцы руки, противоположной тому глазу, на котором вскочил ячмень. Мотать на средний палец и безымянный.
Смазать глаз "голодной" слюной.
Ватные диски пропитать крепкой чайной заваркой. Прикладывать.
Больным глазом посмотреть в пустую стеклянную бутылку и три раза сказать: "Бутылка, бутылка, где твое дно?" Помогает на ранних стадиях развития ячменя.
Провести по глазу золотым кольцом.
Нагреть утюгом носовой платок и приложить платок к глазу.
Внезапно подбежать к больному и сунуть ему в лицо кукиш со словами: "На тебе, на тебе, на тебе!"
Показать кукиши обеими руками, и непременно внезапно.
Плюнуть в глаз больному.
Фурацилин.
Тетрациклин.
Лактобактерин.
Водка.
Флемоксин.
Флоксал.
Прощение и покаяние. Прочесть молитву мытаря ("Господи, будь милостив ко мне, грешной!")
Пописать на глаз (приложить ватку с мочой).
Это должна быть моча младенца.
Опий.
Эритромицин.
Пенициллин.
Суровую нитку завязать на безымянный палец противоположной руки на 11 узелков.
Нет, х/б нитку черного цвета.
Нет, красную нитку, и не на палец, а на противоположное запястье.
Холод - тепло - холод - тепло - холод - тепло, и так чередовать много раз.
Чай "липтон" комнатной температуры.
Лампадное масло.
Ледяная вода.
Масло чайного дерева 50-процентное.
Пожевать черный хлеб и приложить нажеванное к глазу.
Зеленый чай.
Альбуцид.
Гидрокортизон.
Ртутная мазь.
Отвар череды.
Теброфеновая мазь.
Листья шалфея с листьями мяты. Отварить, прикладывать.
Глицерин.
Сметана.

@музыка: Пелагея - Босанова

@настроение: Мама предлагает нести в военкомат мочу в пакетике из-под косметики Oriflame...

@темы: онтологические замечательности, чучух-чучух

09:46 

Тибетская легенда о панде

To the Lighthouse


Давным-давно в долине Улун жила-была маленькая девочка со своей семьей. Она была пастушкой, и все ее любили за кроткий нрав и добрую душу. Когда девочка пригонала овец в горы на пастбище, из чащи к ним приходил медведь и играл с овцами. Ему казалось, что овцы - его братья, ведь сам медведь, как и они, был белый.
Однажды, когда медведь играл с отарой, из чащи вышел снежный барс и напал на девочку. Как ни старался, медведь не смог защитить пастушку, и она погибла.
Когда другие медведи услышали об этом, все они опечалились и загоревали. По старому обычаю, все они пришли на похороны доброй пастушки, посыпав лапы пеплом.
На похоронах они плакали так громко, что закрывали свои уши, чтоб не слышать. Так прекрасна была храбрая пастушка, что медведи закрывали лапами глаза, чтоб не видеть. С тех самых пор эти медведи не расстаются с черными знаками и зовутся пандами.
Три любимых сестры пастушки не выдержали горького плача медведей и бросились живыми в могилу, и стали вчетвером горой, которую люди прозвали гора Сыгунян - гора Четырех сестер. На той горе и теперь живут панды, хранимые духом отважных пастушек.

@темы: онтологические замечательности, утро туманное

08:54 

Поздравляю всех романтиков, маму и Пузикова.

To the Lighthouse

@настроение: Ракету мне, ракету!

@темы: онтологические замечательности, утро туманное

18:15 

Корова

To the Lighthouse
Посмотрите все обязательно мультфильм Александра Петрова «Корова» (1989 г.). Он есть на торрентах. Гениальный фильм гениального человека. Без слез смотреть не получается. Как у Гримберг:
на кровь, на сухожилия -
горсть соли.
Так больно, страшно,
сердце так болит.
Так больно, больно,
так душа болит.
Идти, идти -
и умереть от боли.

Но эта боль не достоевская. Эта боль исцеляет и дает жить как-то. Вымывает сор из мозгов, позволяет трезво смотреть из замыленных глаз на мир. Видеть его таким, какой он есть. Дышать, ценить, любить, благодарить.

@музыка: Lila Downs - La Sandunga

@темы: во мне, онтологические замечательности

21:17 

Ах!

To the Lighthouse


Человек года - полярный волк:
свитер, ушанка, сипящий голос.
Полярный волк, это - знающий толк
в том, что "на Юг" означает "на Полюс".

"Я - Руаль Амундсен. Я влюблен в лед.
Царство синего льда простирается от
полюса к полюсу. Жизнь во льдах
на любом языке начинается с "ах!"
Ах! когда на термометре - минус сорок.
Ваша мысль избавляется от сора.
На вопрос: "Что есть голос, зовущий в Рай?",
отвечаю: "Собачий простуженный лай!"

И. Бродский

@темы: во мне, онтологические замечательности, фальшиво, но неритмично

12:16 

Старый добрый английский пафос (оправданный)

To the Lighthouse
Очень люблю эти слова:

No man is an Iland, intire of it selfe; every man is a piece of the Continent, a part of the maine; if Clod bee washed away by the Sea, Europe is the lesse, as well as if a Promontorie were, as well as if a Mannor of thy friends or of thine owne were; any mans death diminishes me, because I am involved in Mankinde; And therefore never send to know for whom the bell tolls; It tolls for thee.

JOHN DONNE

@музыка: Cezaria Evora - Petit Pays

@темы: онтологические замечательности, во мне

20:03 

Любимые парадоски

To the Lighthouse
Сегодня у меня температура. А занятия прогуливать не хочется. Из этого становится ясно, почему на философии я сегодня философией не занимался. Всю пару мы с Никитой читали "Парадоски" Петрушевской - одной из лучших современных русских писательниц (на мой вкус). Вообще-то она драматург и прозаик, а не поэт, оттого стихи не совсем обычные. Стихи Петрушевская вполне обоснованно называет "строчками разной длины", потому как в прозе все строчки одинаковые. В каждой "парадоске" (всего из 61) заключен парадоксик. Вот мои любимые:

1
луна
это солнце тьмы
мороз
это зной зимы
звезды
есть тюрьмы света
осень —
диагноз лета

2
в соли
бессмертие огурцов
дети
это невоздержание отцов
пол в жилье
это цель потолка
рота на войне —
переполненные кишки полка

3
дверь
есть пролог
эпилога
тропинка
это
созданная
волей народа
кривая дорога
блюдце —
это надгробие
сервиза
и только на пожаре
выявляется
стойкость карниза

4
пушка — пердящий
анус войны
генералу кажется
что это его
трубящий фаллос
гром —
это острый психоз тишины
пауза пауз
солнце —
дневная совесть часов
ночью им
как хочется
так и врётся
верхи —
это тонкий юмор басов
Шаляпин
отдыхает
(смеется)

24
родители
авторы
галатей
и давидов
в восторге
от своих
мелких творений
в экстазе
отец и мать
пока эти
кариатиды
сами не станут
авторами
таких же
маленьких произведений
и не начнут
на них
орать

41
ночь нежна
к тем кто бродит
любя
утро к тем
кто ушел далеко
увы
оставшись без крова
но вот как у тебя
получается
молоко
из травы
скажи
корова

46
семья
это то место
где можно
безвозмездно схлопотать по морде
где тебя оскорбят
выдав это
за правду-матку
но где тебя не выдадут
где постелят
накормят
приласкают
утолят жажду
вылечат и похоронят
и будут навещать
на Пасху
и еще по крайней мере
дважды

51
так сказал Ницше
а он не соврет
что потребление пищи
это торжество сил
и утоление
инстинкта власти
итак
следуем за Ницше
берем бутерброд
и он смиренно
как нищий
(а кто бы его спросил)
исчезает
в нашей пасти

@музыка: наушники здохли

@настроение: хорошее

@темы: во мне, онтологические замечательности, температура

К маяку

главная